Два неудобных слова вместо трека.
Брат выложил новый релиз Synthese в телеграм-канале, и под постом появился комментарий: «куплю только потому, что там есть „Оральное недоразумение"». Смешное в том, что этот трек нельзя послушать — кассетный тираж, в цифре нигде нет. Человек решил отдать деньги за то, чего не слышал. За два слова.
Название сработало вместо музыки. Не обложка, не отрывок, не отзыв — просто имя, которое зацепило и не отпустило. И я к этому шёл не наугад.
Название как фильтр
«Оральное недоразумение» — это провокация, и провокация расчётливая. Не эпатаж ради эпатажа, а фильтр. Кого такое словосочетание раздражает — тот и не полезет; кого торкнуло — тот уже наполовину твой. Название работает как граница: оно заранее сообщает, что внутри не будет вежливой музыки, и само отбирает своих.
Меня на это натолкнул Летов. «Егор и опизденевшие» — имя, которое делало ровно то же самое: своих притягивало, чужих отсекало, и всё это до единой ноты. У него провокация была не позой, а способом сразу договориться с тем, кто пришёл.
Тот же навык, другой носитель
Забавно, что в музыке я делаю это интуитивно, а в другой своей жизни — профессионально. Последние десять лет я пишу письма и заголовки: тема письма — это тоже два-три слова, от которых зависит, откроют или пролистают. Тот же навык, просто другой носитель. Крючок, дефицит, любопытство — механика одна, что в рассылке, что на кассетном вкладыше.
В итоге вышла честная, немного абсурдная штука: лучший мой релиз-крючок — тот, который невозможно предварительно послушать. Остаётся довериться названию. А название, если оно честное, не обманет — оно ровно про то, что внутри.
Звукорежиссёр, музыкант, электронщик из Петербурга. Двадцать с лишним лет в музыке. Собираю аналоговые педали малыми партиями, помогаю собрать сетап без переплат и разбираю звук на части. Вопросы — в Telegram.