Шугейз: жанр, который я застал не с начала.

Что такое шугейз

Если коротко — это стена. Гитары, пропущенные через россыпь педалей: фузз, реверберация, дилей, модуляция. Всё это сливается в плотную, гудящую массу, и вокал в ней не поверх, а внутри — ещё один инструмент, а не солист.

Название честнее, чем кажется. Музыканты на концертах смотрят в пол не от скромности: под ногами столько педалей, что глаз от них не оторвать — переключать приходится ногой, не снимая рук с грифа. Отсюда shoegaze, «глазеющий в кеды». Классика жанра — My Bloody Valentine, Ride, Slowdive, Pale Saints. «Loveless» первых до сих пор считается вершиной.

Как жанр приходил волнами

Он родился в конце восьмидесятых в Британии — тихо, пока весь мир слушал гранж. И ушёл быстро, почти не успев прогреметь. А потом стал возвращаться.

В начале нулевых — ренессанс, ньюгейз: та же стена, новое поколение. Потом синтгейз — стена, собранная уже из синтезаторов. А около 2017-го поднялась третья волна и наводнила интернет. Докатилась и до России, уже массово: теперь я вижу это в соцсетях всё чаще и чаще. Только это уже не совсем шугейз.

Как и я. Я могу сказать, что пишу шугейз, — но это, если честно, уже «не тру». К этому я ещё вернусь.

Как я на это набрёл

Точка входа — Pale Saints, трек «Thread of Light». 2008 год, Last.fm. Параллельно у меня в наушниках крутился In Rainbows Radiohead — и одно как-то срослось с другим. Тогда Last.fm подсовывал бесконечно: один похожий исполнитель тянул за собой второго, второй — третьего. Потом были торренты. Потом тематические паблики ВКонтакте.

Один из пабликов был про Trespassers William. Я там иногда что-то постил — не как администратор, просто делился находками. И там познакомился с Вероникой (она пишет под именем Calid Breeze), чей текст потом лёг в мой трек «The Color Blue». Дальше мы просто менялись музыкой: я узнавал группы от неё, она — от меня. Так это и работало до всяких рекомендательных алгоритмов — человек человеку. Вероника ещё и органистка — и через неё я узнал про Anna von Hausswolff и много кого ещё. Всё это росло снежным комом и в итоге сильно осело в моём звуке.

Trespassers William, Ride и мостик

Про них мне в 2009-м прислала подруга Ксюша — «Let You Down». Прислала студийную версию, и всё — с первого трека я просто влюбился в звук. Студийной на Bandcamp нет, но вот та же вещь живьём, Париж, 2004-й:

Trespassers William существуют с конца девяностых, альбомы пошли с начала нулевых. Само имя — из «Винни-Пуха»: у Пятачка возле дома торчала табличка «Trespassers W», обломок доски, а он всем объяснял, что это имя дедушки — Trespassers William. По звуку это скорее дримпоп и построк, чем шугейз. Но есть у них один кавер — «Vapour Trail».

А «Vapour Trail» — это песня Ride, одна из шугейзных икон (и, к слову, наша с Вероникой общая песня). Само название — про инверсионный след самолёта, белую полосу высоко в небе. И вот в одном треке сошлись два мира: их собственный дримпоп и чужой шугейзный первоисточник, перепетый нежно и медленно. Мне это до сих пор кажется красивым — когда жанры не спорят, а прорастают один в другой. Их студийную «Vapour Trail» я обожаю; студийной в сети нет, но живая тоже хороша:

Голос Trespassers William, Анна-Линн Уильямс, поёт ещё и сольно — как Lotte Kestner. Тот же тембр, ещё тише. В последние годы её тихую акустику всё чаще берут в сериалы на стримингах — и из совсем узких кругов она вышла в куда более заметные. Не оглушительная слава, но ощутимо — и почему-то за неё радуешься, как за свою.

И раз уж завёл про них — вот ещё немного, просто чтобы дать послушать. «Far too far» с альбома Cast (2012) и пара живых из того же парижского сета:

Что ещё осело на полке

Не всё с той полки повлияло на меня одинаково — часть просто хорошая музыка, которую приятно держать в руках. Но если про любимое и про то, что правда что-то сдвинуло:

Anna von Hausswolff, альбом «Ceremony». Орган, много органа — целый собор внутри одной пластинки. Пришло ко мне году в тринадцатом; были и винил, и диск — диск потом продал, о чём немного жалею. Mint Julep. Ioanna Gika — но раньше, когда она играла в IO Echo: тогда это было ближе к тому, о чём тут речь. Ранний Blonde Redhead, Marissa Nadler, Florence and the Machine — каждый со своего края того же поля.

На Marissa Nadler я ходил в Питере, году в 2018-м или 2019-м. Она играла соло — только электрогитара и голос, маленький камерный зал. Обычно-то она на акустике, как на том альбоме, что стоит у меня. А тут — электрогитара, то чистая, то перегруженная, и, кажется, без лупера. Было красиво. Было тихо и очень плотно одновременно — как весь этот жанр.

Мой собственный шугейз — и почему он «не тру»

Свои первые вещи в эту сторону я начал писать тогда же, в 2008-м. Не как подражание — скорее меня развернуло, и я пошёл за поворотом.

Если разложить, вышла странная цепочка. Ride пишут «Vapour Trail». Trespassers William перепевают её в дримпоп. Я перепеваю уже их — «Different Stars». Ксюша кидает мне трек, Вероника открывает мне Анну — и всё это комом катится в мой собственный звук. То, что я делаю с 2024–2025-го, — уже не возвращение, а спокойная реализация того же опыта, только в более зрелом звуке.

Третья волна наводнила интернет — и перестала быть шугейзом. Я пришёл к жанру на двадцать лет позже, чем он начался, боком: через одну песню, один паблик и чужие рекомендации. То, что я пишу, — тоже шугейз. Тоже не тру.

Может, так и надо. Жанр, который всё время смотрел в пол, кажется, не очень-то и рассчитывал, что его застанут вовремя.

Частые вопросы

Механик

Звукорежиссёр, музыкант, электронщик из Петербурга. Двадцать с лишним лет в музыке. Собираю аналоговые педали малыми партиями, помогаю собрать сетап без переплат и разбираю звук на части. Свои релизы — на странице лейбла. Вопросы — в Telegram.

Это личная история и мой взгляд на жанр, а не музыковедческая справка. Даты и названия привожу по памяти и открытым источникам.